Псилоцибин при депрессии: что показали 20 лет исследований и что изменил 2026 год

Введение: как запрещённое вещество попало в NEJM

Двадцать лет назад клиническое исследование псилоцибина было почти невозможно провести — не из-за науки, а из-за регуляторных барьеров. Сегодня работы по псилоцибин-ассистированной терапии публикуют The New England Journal of Medicine, JAMA и Nature. Johns Hopkins, Imperial College London, NYU Langone и международный консорциум COMPASS Pathways провели десятки испытаний при депрессии, зависимостях и экзистенциальном дистрессе.

Это одна из тех тем, где энтузиазм опережает данные. В обзорах для широкой аудитории обычно перечисляют положительные результаты подряд — и картина выходит почти триумфальной. Но за 2025–2026 годы вышли три работы, которые эту картину существенно меняют, и ни одна из них не попадает в популярные подборки.

Депрессия: где доказательства сильнее всего и где они дали трещину

Современный отсчёт начинается с открытого пилотного исследования при резистентной депрессии (Carhart-Harris RL, et al. Lancet Psychiatry 2016;3:619–627. DOI 10.1016/S2215-0366(16)30065-7, уровень 2b — открытое исследование без контроля, n=12). Все участники получили две сессии с психологическим сопровождением; у большинства симптомы уменьшились, у части эффект держался до трёх месяцев. Работа доказала выполнимость и безопасность протокола — но не эффективность: без контрольной группы отделить действие вещества от эффекта интенсивного внимания невозможно.

Затем последовало рандомизированное исследование при большом депрессивном расстройстве (Davis AK, et al. JAMA Psychiatry 2021;78:481–489. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2020.3285, уровень 1b, n=27). Более половины участников достигли ремиссии к четвёртой неделе. Важное ограничение: контролем служил лист ожидания — то есть группа, не получавшая вообще ничего. Такой дизайн систематически завышает эффект любого активного вмешательства.

Первая попытка честного сравнения — испытание против эсциталопрама (Carhart-Harris R, et al. N Engl J Med 2021;384:1402–1411. DOI 10.1056/NEJMoa2032994, уровень 1b, n=59). Здесь произошло то, о чём в популярных обзорах упоминают вскользь: по первичной конечной точке различий между псилоцибином и стандартным антидепрессантом не было. Большинство вторичных показателей — частота ремиссии, социальное функционирование — склонялись в пользу псилоцибина, но вторичные точки не заменяют первичную; они генерируют гипотезы, а не доказывают эффект.

Крупнейшее на тот момент исследование провёл COMPASS Pathways (Goodwin GM, et al. N Engl J Med 2022;387:1637–1648. DOI 10.1056/NEJMoa2206443, уровень 1b, n=233). Доза 25 мг значимо превзошла контрольную 1 мг к третьей неделе, а 10 мг преимуществ не показала. Затем однократная доза 25 мг подтвердилась против активного плацебо при большом депрессивном расстройстве (Raison CL, et al. JAMA 2023;330:843–853. DOI 10.1001/jama.2023.14530, уровень 1b, n=104).

Долговременность выглядела убедительно: через 12 месяцев после двух сессий 75% участников сохраняли клинический ответ, 58% находились в ремиссии (Gukasyan N, et al. J Psychopharmacol 2022;36:151–158. DOI 10.1177/02698811211073759, уровень 2b — открытое проспективное наблюдение, n=27). Но у более крупной когорты COMPASS выраженность эффекта со временем снижалась, и части пациентов требовались повторные курсы (J Clin Psychiatry 2025. DOI 10.4088/JCP.24m15449, уровень 2b — наблюдательное продолжение).

Что изменил 2026 год

В мае 2026 года опубликовано исследование EPISODE — двухцентровое, тройное ослепление (исследователь, участник, оценивающий), с активным плацебо, у пациентов с резистентной депрессией, отменивших антидепрессанты (Mertens LJ, et al. JAMA Psychiatry 2026;83:448–460. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2026.0132, PMID 41848690^[1], уровень 1b, n=144).

Результат по первичной конечной точке (снижение HAMD-17 на ≥50% к 6-й неделе): 17,0% в группе 25 мг, 12,5% в группе 5 мг и 10,6% в группе никотинамида. Скорректированное отношение шансов для сравнения 25 мг с плацебо — 1,73 (95% ДИ 0,53–6,23), p=0,19. Различие не достигло значимости, и по иерархическому плану дальнейшее формальное тестирование не проводилось. Авторы отмечают клинически осмысленное снижение симптомов по вторичным показателям, но сами называют испытание неоднозначным (inconclusive).

Обратите внимание на абсолютные числа: 17% против 10,6%. Это очень далеко от «более половины пациентов в ремиссии» из работы с листом ожидания. Разница между этими цифрами — не разница между веществами, а разница между дизайнами исследований.

Наблюдение за той же когортой через 6 и 12 месяцев опубликовано отдельно (Psychother Psychosom 2026. DOI 10.1159/000552272, PMID 42201843^[2], уровень 2b — натуралистическое наблюдение).

Третья фаза COMPASS: точка достигнута, размер эффекта разочаровывает

Пока EPISODE обсуждали, вышли результаты третьей фазы — и они не опровергают его, а укладываются в ту же картину.

COMP005 (NCT05624268, n=255, однократные 25 мг против плацебо при резистентной депрессии) первичную конечную точку достиг: разница по шкале MADRS составила −3,6 балла к 6-й неделе (95% ДИ −5,7…−1,5; p<0,001). COMP006 (NCT05711940, n=572, три группы — 25 мг, 10 мг и 1 мг, два введения с интервалом в три недели) также достиг первичной точки; по данным 26 недель, опубликованным 7 июля 2026 года, 39% участников группы 25 мг удержали ответ к полугоду. Серьёзные нежелательные явления — 5,7% против 6,3% в группе сравнения.

Три оговорки, без которых эти цифры читать нельзя. Во-первых, ни одна из работ не прошла рецензирование: на конец июля 2026 года в PubMed нет первичной публикации результатов, а на ClinicalTrials.gov у обоих исследований статус результатов отсутствует. Всё известное — сообщения спонсора. Во-вторых, величина эффекта COMP006 не раскрыта: компания называет её «очень похожей» на −3,6 из COMP005, то есть самый важный показатель не опубликован. В-третьих, −3,6 балла по MADRS — это немного: порогом клинически заметного различия для этой шкалы обычно считают около 2 баллов, и результат превышает его незначительно.

Складывая EPISODE и третью фазу вместе, получаем согласованный вывод: эффект есть, он устойчиво небольшой, и чем строже контроль ожиданий, тем он меньше.

Самая качественная на сегодня систематизация это подтверждает: живой систематический обзор 30 РКИ (n=1480, Eur Neuropsychopharmacol 2025. PMID 41205366^[3]) даёт при большом депрессивном расстройстве SMD −0,62 (95% ДИ −0,97…−0,28) при неоднородности I²=55%, а определённость доказательств по GRADE оценивает как очень низкую — 83,3% включённых РКИ отнесены к высокому риску систематической ошибки.

Насколько результат зависит от дизайна, показывает отдельный мета-анализ 6 РКИ (J Affect Disord 2026. PMID 41876058^[4]): при стандартной дозе SMD составляет −1,05, но при исключении исследований с листом ожидания падает до −0,70, а неоднородность снижается с I²=75% до 43%. Разница между этими числами — снова разница не между веществами, а между дизайнами.

Регуляторная развилка

24 апреля 2026 года FDA выдало компании национальный приоритетный ваучер, сжимающий рассмотрение до одного-двух месяцев; финальная подача заявки ожидается в четвёртом квартале 2026 года. 14 июля 2026 года опубликовано финальное руководство FDA по клиническим исследованиям психоделиков: разрешены низкодозовые психоактивные компараторы вместо инертного плацебо и требуется ранняя характеристика зависимости «доза — эффект».

Здесь стоит назвать коллизию вслух: регулятор ускоряет рассмотрение препарата, доказательная база которого по самой качественной систематизации оценена как «очень низкая определённость».

Полезный ориентир, сколько людей реально доходит до такой терапии там, где она разрешена: Австралия допускает назначение уполномоченными психиатрами с июля 2023 года, и по данным регулятора к сентябрю 2025 года через программу прошли 47 пациентов с псилоцибином и 87 с MDMA при нулевом числе зарегистрированных серьёзных нежелательных явлений. Главный вывод австралийского опыта пока не об эффективности, а о том, что практическое внедрение оказалось на порядки меньше ожиданий.

🌀

🌀

Почему одно отрицательное исследование весит больше пяти положительных

Это не придирка к неудобному результату, а базовый принцип доказательной медицины: вес исследования определяется его защитой от искажений, а не направлением вывода.

Главная проблема всей области — ослепление. Систематический обзор 112 рандомизированных исследований психоделиков (JAMA Psychiatry 2026. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2026.0255, PMID 41984443^[5]) показал: целостность ослепления проверяли лишь 29,5% работ, хотя на ослепление как на ограничение ссылались 57,1%. В исследованиях псилоцибина, ЛСД и аяуаски частота «расслепления» участников и оценивающих нередко превышала 90%. Ни одна стратегия контроля не обеспечила надёжного ослепления.

Почему это критично именно здесь: человек, получивший 25 мг псилоцибина, знает об этом практически безошибочно — эффект невозможно спутать с плацебо. Он понимает, что попал в «настоящую» группу, и ожидание улучшения становится частью лечения. При субъективных конечных точках вроде шкал депрессии это ожидание измеряется как эффект.

Второй методологический сюжет — поведение контрольных групп. Метаанализ сравнил исходы участников контрольных групп в исследованиях псилоцибина, СИОЗС и эскетамина (JAMA Netw Open 2025;8:e2524119. DOI 10.1001/jamanetworkopen.2025.24119, PMID 40736734^[6]). Когда контрольные группы в разных областях ведут себя по-разному, прямое сопоставление «процентов ответа» между исследованиями теряет смысл — а именно так обычно и строят популярные обзоры.

Зависимости: самый неожиданный результат

Парадокс: наиболее убедительные цифры получены не при депрессии, а при табачной зависимости. Первое пилотное исследование дало показатель, который выглядел неправдоподобно: 80% участников не курили через 6 месяцев (Johnson MW, et al. J Psychopharmacol 2014;28:983–992. DOI 10.1177/0269881114548296, уровень 2b — открытое пилотное, n=15). Через ~2,5 года воздержание сохраняли 60% (DOI 10.3109/00952990.2016.1170135, уровень 2b, n=15).

Ключевое подтверждение появилось в 2026 году — прямое сравнение со стандартом лечения. Все участники прошли одинаковую 13-недельную программу когнитивно-поведенческой терапии, затем получили либо одну дозу псилоцибина, либо курс никотинового пластыря (JAMA Netw Open 2026. DOI 10.1001/jamanetworkopen.2026.0972, уровень 1b — пилотное РКИ, n=82). Через 6 месяцев полное воздержание: 40,5% против 10% — вероятность отказа от курения более чем в шесть раз выше. Серьёзных связанных с лечением нежелательных явлений не зафиксировано.

При алкогольной зависимости первое крупное РКИ показало снижение доли дней тяжёлого употребления и полное воздержание у ~48% против ~24% на активном плацебо за 8 месяцев наблюдения (Bogenschutz MP, et al. JAMA Psychiatry 2022;79:953–962. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2022.2096, уровень 1b, n=93). Но швейцарское исследование II фазы после детоксикации значимых различий не выявило ни по длительности воздержания, ни по объёму употребления — только более выраженное снижение тяги (eClinicalMedicine 2025. DOI 10.1016/j.eclinm.2025.103149, уровень 1b, n=37).

Онкология и экзистенциальный дистресс

Именно паллиативная психиатрия дала старт современным исследованиям. Две работы 2016 года — NYU (Ross S, et al. J Psychopharmacol 2016;30:1165–1180. DOI 10.1177/0269881116675512, уровень 1b, n=29) и Johns Hopkins (Griffiths RR, et al. J Psychopharmacol 2016;30:1181–1197. DOI 10.1177/0269881116675513, уровень 1b, n=51) — показали выраженное снижение тревоги, депрессии и страха смерти с сохранением эффекта не менее шести месяцев.

Повторное обследование участников NYU в среднем через 4,5 года выявило сохраняющееся снижение дистресса; большинство назвали пережитый опыт одним из самых значимых событий жизни (Agin-Liebes GI, et al. J Psychopharmacol 2020;34:155–166. DOI 10.1177/0269881119897615, уровень 2b — наблюдательное продолжение, n=16). Групповой формат терапии у онкологических пациентов с депрессией изучен отдельно (Cancer 2024;130:1101–1112. DOI 10.1002/cncr.35010, PMID 38105655^[7], уровень 2b — открытое исследование, n=30).

Честная оценка всей этой группы данных дана в Кокрейновском обзоре: определённость доказательств для психоделик-ассистированной терапии при тревоге, депрессии и экзистенциальном дистрессе у пациентов с жизнеугрожающими заболеваниями оценена как низкая (Cochrane Database Syst Rev 2024. DOI 10.1002/14651858.CD015383.pub2, PMID 39260823^[8]). Малые выборки, невозможность ослепления, короткие сроки наблюдения.

Механизм: что видно на нейровизуализации

Псилоцибин — агонист серотониновых 5-HT2A-рецепторов, плотно представленных в коре. Первое fMRI-исследование дало неожиданный результат: вместо ожидаемой активации обнаружилось снижение активности медиальной префронтальной и задней поясной коры — ключевых узлов сети пассивного режима работы мозга, Default Mode Network (Carhart-Harris RL, et al. PNAS 2012;109:2138–2143. DOI 10.1073/pnas.1119598109).

Это легло в основу модели «энтропийного мозга»: психоделики временно ослабляют жёсткость привычных нейронных сетей, повышая гибкость обработки информации (Front Hum Neurosci 2014;8:20. DOI 10.3389/fnhum.2014.00020). Прямое подтверждение получено методом функциональной МРТ высокого разрешения: псилоцибин десинхронизирует работу крупных сетей, сильнее всего — Default Mode Network, с последующим восстановлением синхронности (Siegel JS, et al. Nature 2024;632:131–138. DOI 10.1038/s41586-024-07624-5).

Отдельная линия — связь глубины субъективного переживания с исходом. Систематический обзор 12 клинических исследований показал, что в 10 из них выраженность мистического опыта статистически предсказывала уменьшение симптомов (Front Psychiatry 2022;13:917199. DOI 10.3389/fpsyt.2022.917199). Здесь важна осторожность в интерпретации: это корреляция, и она же может быть проявлением того самого «расслепления» — чем сильнее переживание, тем очевиднее для человека, что он получил активное вещество.

Кортизол и АКТГ: растут, но только на высокой дозе

Классическая работа с подбором дозы (Hasler F, et al. Psychopharmacology 2004;172:145. PMID 14615876^[9], двойное слепое плацебо-контролируемое, n=8, дозы 45/115/215/315 мкг/кг) показала: АКТГ и кортизол поднимаются только на максимальной дозе 315 мкг/кг — это примерно 22 мг на 70 кг веса. Подъём подтверждён на фиксированных дозах 15 и 30 мг (Holze F, et al. Neuropsychopharmacology 2022;47:1180. PMID 35217796^[10], двойной слепой перекрёст, n=28).

Систематический обзор девяти работ с измерением биомаркеров крови (Prog Neuropsychopharmacol Biol Psychiatry 2025;136:111251. PMID 39788410^[11]) подтверждает: рост кортизола и АКТГ — стабильная находка. С существенной оговоркой: все эти исследования выполнены на здоровых добровольцах. Подъём острый и уходит вместе с действием вещества.

Любопытная деталь из доклиники: у мышей рост глюкокортикоидов оказался необходим для противотревожного эффекта — блокада глюкокортикоидного рецептора его отменяла (PMID 37588757^[12]). То есть гормональный ответ здесь, возможно, не побочное явление, а часть механизма. На людях это не проверялось.

Пролактин: самый чувствительный маркер и практическая ловушка

В той же работе 2004 года обнаружилось то, что редко цитируют: пролактин поднимается уже при дозе 215 мкг/кг, тогда как АКТГ, кортизол и ТТГ — только при 315. Порог для пролактина ниже, то есть это самый чувствительный эндокринный маркер действия псилоцибина. Подтверждено на дозах 15 и 30 мг (PMID 35217796^[10]), и это класс-эффект: аяуаска (PMID 22005052^[13]) и ДМТ (PMID 8297216^[14]) дают то же самое.

Отсюда практический вывод, которого нет ни в одном руководстве: пролактин, измеренный в ближайшие часы после сессии, может быть ложно повышен. И сразу — честная граница знания: ни одно исследование не приводит ни абсолютных значений пролактина, ни длительности подъёма, ни времени возврата к норме. Через сколько после сессии пролактин можно измерять достоверно — не изучено. Если пациент проходил психоделическую терапию и приносит «повышенный пролактин», разумно уточнить сроки забора, прежде чем направлять его на МРТ гипофиза.

Щитовидная железа: почти пустое место

Здесь придётся сказать неприятное. ТТГ после псилоцибина у людей измеряли ровно один раз — в той же работе 2004 года на восьми участниках, и он поднялся только на максимальной дозе. Свободные Т3 и Т4 не измеряли никогда.

Единственный сигнал — доклинический: у крыс линии Wistar-Kyoto псилоцибин повышал ТТГ, обращая вспять подавление, вызванное стрессом, причём без изменений со стороны надпочечниковой оси (Sci Rep 2025. PMID 40419666^[15]). Для человека это ничего не доказывает, но показывает, что тиреоидная ось в этой истории не нейтральна и её стоило бы изучить.

Давление и пульс: псилоцибин — прессор, но не хронотроп

Лучшие количественные данные даёт объединённый анализ 85 здоровых участников и 113 введений в дозах 15/20/25/30 мг (Becker AM, Liechti ME, et al. Neurosci Appl 2024;10:104060. PMID 40656108^[16]). Пик систолического давления: 131±10 мм рт. ст. на плацебо против 146±14 на 30 мг; пик диастолического — 81±7 против 93±8. Максимальные зарегистрированные значения — 180 и 115 мм рт. ст. соответственно. Систолическое превышало 140 в половине всех введений, 160 — в 6%, 180 — ни разу.

А вот пульс вёл себя иначе: 74±10 уд/мин на плацебо против 78–82 на псилоцибине, и различие с плацебо оказалось незначимым; тахикардия выше 100 уд/мин отмечена лишь в 7% введений. Интервал QTc не удлинялся (максимум 481 мс). Температура выше 38 °C возникала дозозависимо — от 7% до 32% введений.

Это клинически значимое различие: псилоцибин поднимает давление, но почти не ускоряет пульс. У ЛСД профиль обратный — больше прирост частоты сердечных сокращений и меньше давления (PMID 35217796^[10]). Мета-анализ 6 РКИ (n=528) подтверждает повышение давления как класс-эффект: ОР 2,29 (95% ДИ 1,15–4,53) (JAMA Netw Open 2024. PMID 38598236^[17]).

И снова граница знания, которую надо назвать прямо: всё перечисленное измерено у отобранных здоровых добровольцев. Сердечно-сосудистые заболевания — стандартный критерий исключения во всех исследованиях (Pharmacol Rep 2023. PMID 37874530^[18]). В обзоре 214 исследований с 3504 участниками сердечно-сосудистых серьёзных нежелательных явлений не зарегистрировано, но систематическая оценка нежелательных явлений применялась лишь в 23,5% работ, вышедших после 2005 года (JAMA Psychiatry 2024. PMID 39230883^[19]). Что произойдёт у гипертоника, неизвестно — потому что гипертоников в исследования не включали.

5-HT2B и клапаны сердца: чего не сделал никто

Первое: в этой литературе впервые возникла эхокардиографическая конечная точка — но на мышах. При хроническом микродозировании серотонин вызывал утолщение стенки желудочка, d-фенфлурамин — аортальную регургитацию, а ЛСД не вызвал ни того, ни другого (ACS Pharmacol Transl Sci 2025. PMID 41789300^[20]).

Второе, и это главное: эхокардиография как конечная точка никогда не применялась у людей ни для одного классического психоделика (PMID 37572027^[21]). Обзор 2026 года прямо заключает, что риск при интермиттирующем приёме «недостаточно охарактеризован», а подтверждённый клапанный сигнал существует только для фенфлурамина, эрголиновых агонистов дофамина и отчасти MDMA (Clin Pharmacol Ther 2026. PMID 42209433^[22]).

Курьёз, который эндокринологу будет любопытен: у мышей низкодозовый непсиходелический аналог псилоцибина улучшал чувствительность к инсулину и уменьшал стеатоз печени — через тот самый 5-HT2B-рецептор, который в разделе безопасности числится источником риска (Pharmacol Res 2026. PMID 41475502^[23]). Один рецептор, две противоположные истории, и обе пока на животных.

Окситоцин, половые гормоны, гормон роста

Окситоцин — единственный показатель, по которому две работы одной и той же группы противоречат друг другу. Одна сообщает о значимом росте на дозах 15 и 30 мг (PMID 35217796^[10]), другая на 32 участниках находит рост после мескалина и ЛСД, но не после псилоцибина (PMID 37231080^[24]). Корректно подавать это как нерешённый вопрос.

Половые стероиды после псилоцибина у людей не измеряли ни разу. Единственный сигнал со стороны репродуктивной системы — серия из трёх женщин: возобновление менструаций после аменореи, более раннее начало при приёме во второй половине лютеиновой фазы и нормализация цикла у женщины, которой позднее поставили синдром поликистозных яичников (J Psychoactive Drugs 2024;56:1. PMID 36682064^[25]). Участницы набраны через социальные сети — это порождает гипотезу и ничего не доказывает.

Три вещи, которых просто нет

Если свести эндокринную часть к самому честному изложению: свободные Т3 и Т4 после псилоцибина у людей не измерялись никогда, а ТТГ — один раз, на восьми участниках, двадцать два года назад; нет ни одного исследования у пациентов с эндокринными заболеваниями и на заместительной терапии; эхокардиография как конечная точка не использовалась ни в одном исследовании ни одного классического психоделика.

Что псилоцибин делает с гормонами

Этого раздела нет ни в одном популярном обзоре, а для эндокринолога он идёт первым: псилоцибин — агонист серотониновых рецепторов, а серотониновая система напрямую управляет секрецией гипофиза. Вопрос «что он делает с гормонами» здесь не экзотика, а обычная фармакология.

Кортизол и АКТГ: растут, но только на высокой дозе

Классическая работа с подбором дозы (Hasler F, et al. Psychopharmacology 2004;172:145. PMID 14615876^[9], двойное слепое плацебо-контролируемое, n=8, дозы 45/115/215/315 мкг/кг) показала: АКТГ и кортизол поднимаются только на максимальной дозе 315 мкг/кг — это примерно 22 мг на 70 кг веса. Подъём подтверждён на фиксированных дозах 15 и 30 мг (Holze F, et al. Neuropsychopharmacology 2022;47:1180. PMID 35217796^[10], двойной слепой перекрёст, n=28).

Систематический обзор девяти работ с измерением биомаркеров крови (Prog Neuropsychopharmacol Biol Psychiatry 2025;136:111251. PMID 39788410^[11]) подтверждает: рост кортизола и АКТГ — стабильная находка. С существенной оговоркой: все эти исследования выполнены на здоровых добровольцах. Подъём острый и уходит вместе с действием вещества.

Любопытная деталь из доклиники: у мышей рост глюкокортикоидов оказался необходим для противотревожного эффекта — блокада глюкокортикоидного рецептора его отменяла (PMID 37588757^[12]). То есть гормональный ответ здесь, возможно, не побочное явление, а часть механизма. На людях это не проверялось.

Пролактин: самый чувствительный маркер и практическая ловушка

В той же работе 2004 года обнаружилось то, что редко цитируют: пролактин поднимается уже при дозе 215 мкг/кг, тогда как АКТГ, кортизол и ТТГ — только при 315. Порог для пролактина ниже, то есть это самый чувствительный эндокринный маркер действия псилоцибина. Подтверждено на дозах 15 и 30 мг (PMID 35217796^[10]), и это класс-эффект: аяуаска (PMID 22005052^[13]) и ДМТ (PMID 8297216^[14]) дают то же самое.

Отсюда практический вывод, которого нет ни в одном руководстве: пролактин, измеренный в ближайшие часы после сессии, может быть ложно повышен. И сразу — честная граница знания: ни одно исследование не приводит ни абсолютных значений пролактина, ни длительности подъёма, ни времени возврата к норме. Через сколько после сессии пролактин можно измерять достоверно — не изучено. Если пациент проходил психоделическую терапию и приносит «повышенный пролактин», разумно уточнить сроки забора, прежде чем направлять его на МРТ гипофиза.

Щитовидная железа: почти пустое место

Здесь придётся сказать неприятное. ТТГ после псилоцибина у людей измеряли ровно один раз — в той же работе 2004 года на восьми участниках, и он поднялся только на максимальной дозе. Свободные Т3 и Т4 не измеряли никогда.

Нет ни одного исследования у пациентов с заболеваниями щитовидной железы. Нет ни одного исследования у пациентов на левотироксине. Данных о взаимодействии с тиреоидной терапией не существует вообще — ни фармакокинетических, ни фармакодинамических.

Единственный сигнал — доклинический: у крыс линии Wistar-Kyoto псилоцибин повышал ТТГ, обращая вспять подавление, вызванное стрессом, причём без изменений со стороны надпочечниковой оси (Sci Rep 2025. PMID 40419666^[15]). Для человека это ничего не доказывает, но показывает, что тиреоидная ось в этой истории не нейтральна и её стоило бы изучить.

Давление и пульс: псилоцибин — прессор, но не хронотроп

Лучшие количественные данные даёт объединённый анализ 85 здоровых участников и 113 введений в дозах 15/20/25/30 мг (Becker AM, Liechti ME, et al. Neurosci Appl 2024;10:104060. PMID 40656108^[16]). Пик систолического давления: 131±10 мм рт. ст. на плацебо против 146±14 на 30 мг; пик диастолического — 81±7 против 93±8. Максимальные зарегистрированные значения — 180 и 115 мм рт. ст. соответственно. Систолическое превышало 140 в половине всех введений, 160 — в 6%, 180 — ни разу.

А вот пульс вёл себя иначе: 74±10 уд/мин на плацебо против 78–82 на псилоцибине, и различие с плацебо оказалось незначимым; тахикардия выше 100 уд/мин отмечена лишь в 7% введений. Интервал QTc не удлинялся (максимум 481 мс). Температура выше 38 °C возникала дозозависимо — от 7% до 32% введений.

Это клинически значимое различие: псилоцибин поднимает давление, но почти не ускоряет пульс. У ЛСД профиль обратный — больше прирост частоты сердечных сокращений и меньше давления (PMID 35217796^[10]). Мета-анализ 6 РКИ (n=528) подтверждает повышение давления как класс-эффект: ОР 2,29 (95% ДИ 1,15–4,53) (JAMA Netw Open 2024. PMID 38598236^[17]).

И снова граница знания, которую надо назвать прямо: всё перечисленное измерено у отобранных здоровых добровольцев. Сердечно-сосудистые заболевания — стандартный критерий исключения во всех исследованиях (Pharmacol Rep 2023. PMID 37874530^[18]). В обзоре 214 исследований с 3504 участниками сердечно-сосудистых серьёзных нежелательных явлений не зарегистрировано, но систематическая оценка нежелательных явлений применялась лишь в 23,5% работ, вышедших после 2005 года (JAMA Psychiatry 2024. PMID 39230883^[19]). Что произойдёт у гипертоника, неизвестно — потому что гипертоников в исследования не включали.

5-HT2B и клапаны сердца: чего не сделал никто

За время, прошедшее с обзора о теоретическом риске фиброза и клапанной патологии при регулярной стимуляции 5-HT2B (PMID 38214279^[26]), новых человеческих данных не появилось вообще. Появилось два уточнения.

Первое: в этой литературе впервые возникла эхокардиографическая конечная точка — но на мышах. При хроническом микродозировании серотонин вызывал утолщение стенки желудочка, d-фенфлурамин — аортальную регургитацию, а ЛСД не вызвал ни того, ни другого (ACS Pharmacol Transl Sci 2025. PMID 41789300^[20]).

Второе, и это главное: эхокардиография как конечная точка никогда не применялась у людей ни для одного классического психоделика (PMID 37572027^[21]). Обзор 2026 года прямо заключает, что риск при интермиттирующем приёме «недостаточно охарактеризован», а подтверждённый клапанный сигнал существует только для фенфлурамина, эрголиновых агонистов дофамина и отчасти MDMA (Clin Pharmacol Ther 2026. PMID 42209433^[22]).

Курьёз, который эндокринологу будет любопытен: у мышей низкодозовый непсиходелический аналог псилоцибина улучшал чувствительность к инсулину и уменьшал стеатоз печени — через тот самый 5-HT2B-рецептор, который в разделе безопасности числится источником риска (Pharmacol Res 2026. PMID 41475502^[23]). Один рецептор, две противоположные истории, и обе пока на животных.

Окситоцин, половые гормоны, гормон роста

Окситоцин — единственный показатель, по которому две работы одной и той же группы противоречат друг другу. Одна сообщает о значимом росте на дозах 15 и 30 мг (PMID 35217796^[10]), другая на 32 участниках находит рост после мескалина и ЛСД, но не после псилоцибина (PMID 37231080^[24]). Корректно подавать это как нерешённый вопрос.

Половые стероиды после псилоцибина у людей не измеряли ни разу. Единственный сигнал со стороны репродуктивной системы — серия из трёх женщин: возобновление менструаций после аменореи, более раннее начало при приёме во второй половине лютеиновой фазы и нормализация цикла у женщины, которой позднее поставили синдром поликистозных яичников (J Psychoactive Drugs 2024;56:1. PMID 36682064^[25]). Участницы набраны через социальные сети — это порождает гипотезу и ничего не доказывает.

Три вещи, которых просто нет

Если свести эндокринную часть к самому честному изложению: свободные Т3 и Т4 после псилоцибина у людей не измерялись никогда, а ТТГ — один раз, на восьми участниках, двадцать два года назад; нет ни одного исследования у пациентов с эндокринными заболеваниями и на заместительной терапии; эхокардиография как конечная точка не использовалась ни в одном исследовании ни одного классического психоделика.

Это не придирка, а описание границы. Вещество, которое обсуждают как будущее психиатрии, до сих пор не изучено у людей с самой распространённой эндокринной патологией.

🌀

🌀

Что я как эндокринолог проверяю до разговора о психоделиках

Это часть, которой нет ни в одном популярном обзоре, а для практики она важнее остальных. Резистентная депрессия — диагноз исключения. Прежде чем считать депрессию устойчивой к лечению, нужно убедиться, что её не поддерживает нераспознанная органическая причина. В моей практике это регулярно оказывается эндокринология или дефицитарное состояние.

Минимальный набор до обсуждения экспериментальной терапии:

▸ТТГ, свободный Т4, АТ-ТПО — не только ТТГ. Депрессия и тревога статистически связаны с аутоиммунным тиреоидитом Хашимото даже при нормальных ТТГ и Т4: при эутиреоидном Хашимото шанс депрессии в течение жизни оказывается в 6,6 раза выше, тревожного расстройства — в 4,9 раза. ▸Витамин D, витамин B12, ферритин — дефицит железа без анемии и субнормальный B12 дают утомляемость и снижение настроения, неотличимые от депрессивных. ▸Глюкоза натощак и HbA1c — инсулинорезистентность связана с депрессивной симптоматикой и утомляемостью. ▸Кортизол утром при клиническом подозрении — как гипер-, так и гипокортицизм маскируются под аффективные расстройства.

Смысл не в том, чтобы объявить всякую депрессию гормональной — это было бы такой же передержкой, как обещание чуда от псилоцибина. Смысл в порядке действий: сначала исключаются причины, для которых есть дешёвое, безопасное и хорошо доказанное лечение, и только потом обсуждается терапия с отношением шансов 1,73 и доверительным интервалом, пересекающим единицу.

Подробный разбор эндокринной части — в отдельной статье: гипотиреоз, Хашимото и связь с депрессией и тревогой.

Ведущая ось: как я разбираю случай до того, как что-то назначить

Список анализов выше — только первый слой. Дальше начинается то, что в моей практике определяет решение: разбор по осям. Вместо линейного перечисления жалоб я оцениваю несколько систем по выраженности нарушения и определяю ведущую ось — ту, которая тянет за собой остальные.

Оси, которые оцениваются: иммунно-воспалительная (включая возрастное низкоуровневое воспаление и последствия перенесённых вирусных инфекций), гормонально-регуляторная (щитовидная железа, надпочечники, половые гормоны), метаболическая (гликемия, инсулинорезистентность, состав тела), желудочно-кишечная и микробиотная, стресс-сон-нейроэндокринная, а также нутритивная — дефициты, ограничивающие работу всех остальных.

Смысл процедуры — не в том, чтобы найти «все нарушения», а в том, чтобы установить иерархию. Оси взаимодействуют: желудочно-кишечная дисфункция может «подкармливать» иммунно-воспалительную, а не быть самостоятельной проблемой. Лечить вторичную ось в отрыве от ведущей — значит воздействовать на следствие, оставляя причину работать.

Почему это критично именно в разговоре о депрессии и тревоге. В моей практике регулярно встречается конфигурация, где сниженное настроение, тревога и нарушение сна — вторичны по отношению к иммунно-воспалительной или гормональной оси. Часть таких состояний развивается по механизму, который в литературе описывается как sickness behaviour: воспалительный сигнал меняет поведение и аффект, и субъективно это неотличимо от «настоящей» депрессии.

Практическое следствие жёсткое: если аффективный симптом вторичен, изолированное воздействие на него — тупик. Это одинаково верно и для анксиолитиков, и для адаптогенов, и — тем более — для экспериментальной психоделической терапии с отношением шансов 1,73 и доверительным интервалом, пересекающим единицу. Каждый такой сценарий воспроизводит одну и ту же ошибку: лечение симптома-следствия при нетронутой ведущей оси. Разница лишь в цене ошибки.

Отсюда мой ответ на вопрос «стоит ли рассмотреть псилоцибин при затяжной депрессии»: сначала нужно понять, какая ось ведущая. Если аффективная симптоматика оказывается вершиной иммунно-воспалительного или тиреоидного каскада, обсуждать психоделическую терапию преждевременно — независимо от того, что показали исследования.

А сам псилоцибин влияет на воспалительную ось?

Раз иммунно-воспалительная ось стоит в этом разборе первой, вопрос законен. И ответ неожиданный: влияет — причём это единственное место, где человеческие данные по псилоцибину выглядят прилично.

Плацебо-контролируемая работа на 60 здоровых добровольцах (0,17 мг/кг против плацебо, Brain Behav Immun 2023, Mason NL и соавт.) показала: остро снижается TNF-α, а через семь дней устойчиво снижены IL-6 и С-реактивный белок. И главное — чем сильнее снизились IL-6 и СРБ к седьмому дню, тем устойчивее держались положительные изменения настроения и социального поведения. Снижение TNF-α при этом коррелировало со снижением глутамата в гиппокампе по данным 7-тесловой МР-спектроскопии.

Прежде чем строить на этом теорию — три возражения. Во-первых, другое человеческое исследование даёт противоположный результат: анализ сывороток 91 участника из трёх РКИ (Psychedelic Medicine 2024, DiRenzo D и соавт.) обнаружил транзиторное повышение IL-8 в первую неделю, а к четвёртой — отсутствие каких-либо изменений. Во-вторых, доклиника прямо противоречит: у крыс однократная доза вызывала рост девяти медиаторов сразу, включая IL-1β и TNF-α, через сутки и ещё больше через неделю (J Psychedelic Studies 2022).

В-третьих — и это, похоже, разгадка — систематический обзор 40 доклинических работ (Prog Neuropsychopharmacol Biol Psychiatry 2024, Low ZXB и соавт.) формулирует закономерность: психоделики снижают уже существующее воспаление, но повышают его при исходно нормальном фоне. Если так, направление эффекта зависит от состояния системы — и тогда данные, полученные на здоровых добровольцах, нельзя переносить на пациента с активной воспалительной осью.

И отдельно: в той же работе Mason ответ на психосоциальный стрессор псилоцибин не изменил. То есть противовоспалительный след есть, а перестройки стресс-реактивности — нет.

Вывод в логике этой статьи: сигнал интересный и в кои-то веки человеческий, но воспроизводимость не установлена, направление эффекта зависит от исходного состояния, а работа выполнена на здоровых. Этого достаточно, чтобы считать гипотезу заслуживающей проверки, и совершенно недостаточно, чтобы предлагать псилоцибин как средство воздействия на воспалительную ось.

Тот же стандарт — к собственным данным

Статья, которая разбирает чужие исследования по уровню доказательности, обязана применить ту же линейку к себе. Данные собственной практики я веду по формализованной схеме, и вот из чего она состоит.

▸Проспективная структурированная запись. Каждый случай ведётся по единому набору полей — исходные показатели, динамика по контрольным точкам, изменения терапии, — а не реконструируется задним числом по памяти. Идентификация обезличенная: в рабочих картах используется кодовый идентификатор, не имя. ▸Учёт по схеме потока участников (по образцу CONSORT): сколько обратились, сколько соответствовали критериям, сколько получали протокол, сколько дошли до анализа. Выбывшие и потерянные для наблюдения считаются отдельно, а не исчезают из знаменателя — именно это отличает честный процент от рекламного. ▸Журнал нежелательных явлений с датой, степенью и исходом (разрешилось / разрешилось с последствиями / продолжается). ▸Отчётность по STROBE — стандарту описания наблюдательных исследований: критерии включения, источники данных, меры против систематических ошибок, ограничения. ▸Журнал исправлений, доступный только на дополнение. Если ранее опубликованная цифра оказалась неверной, она не переписывается молча — исправление фиксируется отдельной записью. ▸Единый источник истины для чисел. Показатели хранятся в одном месте, откуда попадают на страницы, вместо того чтобы дублироваться по десяткам файлов и незаметно расходиться между собой. Правило внутри этой схемы простое: неизвестное значение остаётся помеченным как неизвестное, а не заполняется «правдоподобным» числом.

И теперь — честный вывод из всего перечисленного. Как бы аккуратно ни велась такая работа, это наблюдательные данные: нет рандомизации, нет контрольной группы, нет ослепления. По той самой иерархии, которой я пользуюсь в этой статье, серия случаев из практики — уровень 2b–4. Она описывает практику и порождает гипотезы. Она не доказывает эффективность и не может служить контраргументом рандомизированному исследованию.

Именно поэтому я не противопоставляю собственные проценты данным EPISODE и не привожу их здесь в качестве доказательства. Клинический опыт ценен для другого: он подсказывает, где искать причину и в каком порядке исключать. Доказательства эффективности вмешательства даёт другой тип исследования — и в случае псилоцибина этот тип исследования пока даёт неоднозначный результат.

Безопасность: что известно о рисках

В контролируемых условиях профиль безопасности в целом благоприятный, но не безупречный. Метаанализ и систематический обзор безопасности психоделической психотерапии обобщает данные по нежелательным явлениям (Psychiatry Res 2024;335:115880. DOI 10.1016/j.psychres.2024.115880, PMID 38579460^[27]).

Конкретные сигналы из наиболее строгого исследования (EPISODE, 2026):

▸Две серьёзные нежелательные реакции после 25 мг, включая один случай стойкого расстройства восприятия после галлюциногена (HPPD) — состояния, при котором зрительные искажения сохраняются после окончания действия вещества. ▸Сообщения о суицидальных мыслях в дни приёма — 4% против 1–2% в группах сравнения. Это ровно та группа пациентов, у которой такой сигнал требует максимальной настороженности. ▸Основная часть нежелательных явлений — острые, в период сессии.

Отбор участников в исследованиях жёсткий, и это принципиально для интерпретации результатов. Как правило исключаются: психотические расстройства в личном анамнезе, психозы и биполярное расстройство I типа у близких родственников, неконтролируемая артериальная гипертензия и значимая кардиальная патология, беременность. Люди, попадающие в испытания, — не средний пациент с депрессией.

Лекарственные взаимодействия требуют отдельного внимания: СИОЗС и другие серотонинергические препараты меняют субъективный ответ (в EPISODE участников специально отменяли с антидепрессантов), а сочетание с препаратами лития описано как повышающее риск нежелательных неврологических явлений. Самостоятельная отмена антидепрессанта ради «чистого опыта» — отдельный и вполне реальный риск.

Особая тема — микродозинг. Обзор 2024 года обращает внимание на то, что псилоцибин и ЛСД структурно схожи с препаратами, вызывавшими фиброз и клапанную патологию сердца при регулярном приёме (метисергид, перголид, фенфлурамин), через стимуляцию 5-HT2B-рецепторов (J Psychopharmacol 2024;38:217–224. DOI 10.1177/02698811231225609, PMID 38214279^[26]). Длительная кардиальная безопасность режима «2–4 раза в неделю месяцами» не изучена.

Отмена антидепрессантов — вероятно, скрытый конфаундер EPISODE

Начну с находки, которая прямо касается центрального исследования этой статьи. В EPISODE участники отменяли антидепрессанты перед включением. И есть работа, показывающая, чем это оборачивается: апостериорный анализ исследования «псилоцибин против эсциталопрама» (J Psychopharmacol 2024. PMID 38520045^[28]) обнаружил, что у пациентов, отменивших СИОЗС или СИОЗСН перед участием, эффект лечения оказался хуже по всем шкалам исходов, чем у тех, кто пришёл без терапии, — при том что острота самого психоделического переживания у них не отличалась. Авторы прямо призывают провести исследование, сравнивающее отмену с продолжением.

Насколько велик вклад самой отмены, показывает мета-анализ 79 исследований и 21 002 пациентов (Lancet Psychiatry 2024. PMID 38851198^[29]): хотя бы один симптом отмены возникает у 31% прекративших антидепрессант против 17% на плацебо — с поправкой на плацебо это примерно каждый шестой-седьмой; тяжёлые проявления 2,8% против 0,6%, и эсциталопрам входит в число препаратов с более частой отменой. Правда, другой мета-анализ 50 РКИ и 17 828 участников (JAMA Psychiatry 2025. PMID 40632531^[30]) оценивает выраженность скромнее — около одного дополнительного симптома на первой неделе, ниже порога клинической значимости, причём ухудшение настроения с отменой не связано. Две работы расходятся в оценке тяжести, и это стоит назвать прямо.

Можно ли не отменять СИОЗС

Данные обнадёживают больше, чем принято думать. Перекрёстное РКИ на 23 здоровых (Clin Pharmacol Ther 2022. PMID 34743319^[31]) показало: двухнедельный курс эсциталопрама перед приёмом 25 мг псилоцибина не влиял на положительные эффекты, но достоверно снижал негативные — тревогу, тягостность переживания и сердечно-сосудистые реакции. Фармакокинетика псилоцина не менялась. То есть притупляется скорее неприятная сторона опыта, чем терапевтическая.

Открытое исследование второй фазы на 19 пациентах с резистентной депрессией, продолжавших принимать СИОЗС (Neuropsychopharmacology 2023. PMID 37443386^[32]), дало снижение MADRS на 14,9 балла (95% ДИ −20,7…−9,2) к третьей неделе, ответ и ремиссию у 8 из 19 (42,1%) и ни одного серьёзного нежелательного явления. Результат сопоставим с исследованиями, где терапию отменяли.

Против этого — данные о притуплении из наблюдений: опрос 611 человек, сочетавших психоделики с антидепрессантами (J Psychopharmacol 2023. PMID 37291890^[33]), даёт вероятность более слабого, чем ожидалось, эффекта 0,47 для СИОЗС и 0,55 для СИОЗСН против 0,29 для бупропиона. Причём притупление сохранялось и через 3–6 месяцев после отмены и не объяснялось длительным периодом полувыведения флуоксетина.

Итог формулируется честно: ни одно контролируемое исследование не рандомизировало продолжение против отмены СИОЗС перед псилоцибином. Всё, что есть, — наблюдения и апостериорные анализы.

Литий: единственное взаимодействие с по-настоящему тревожным сигналом

Здесь цифры такие, что пропустить их нельзя. Анализ сообщений о сочетании психоделиков с психотропными препаратами (Pharmacopsychiatry 2021. PMID 34348413^[34]) обнаружил: из 62 описаний приёма психоделика на фоне лития судороги упоминались в 47%, ещё в 18% — тяжёлые негативные переживания, а 39% потребовали медицинской помощи. Для сравнения: из 34 описаний с ламотриджином судорог не было ни одного.

Есть и описанный клинический случай: подросток с тремя генерализованными приступами в течение получаса после приёма ЛСД на фоне субтерапевтической дозы лития, без судорог в анамнезе, причём предыдущие эпизоды приёма на фоне флуоксетина и бупропиона проходили без последствий (S D Med 2024. PMID 38986146^[35]). Механистическая поддержка есть в эксперименте: у крыс, получавших литий, агонист 5-HT2A вызывал судороги в дозах, которые сами по себе судорог не дают (PMID 7583243^[36]).

Оговорка обязательна: весь сигнал построен на интернет-сообщениях и одном клиническом случае — без когорты, без знаменателя, с очевидным смещением отбора. Но при таком размере эффекта и такой цене ошибки это тот случай, когда ждать более качественных данных неразумно.

Серотониновый синдром: риск скорее теоретический

Вопреки распространённому опасению, документированных случаев серотонинового синдрома при сочетании псилоцибина с СИОЗС в контролируемых исследованиях нет ни одного. Обзор фармакологии (Psychopharmacology 2022. PMID 34251464^[37]) заключает: истинная серотониновая токсичность требует передозировки или сочетания с ингибитором МАО, а комбинация «не-МАО-психоделик плюс не-МАО-серотонинергический препарат» относится к низкому риску. Обзор 18 исследований (PMID 40937732^[38]) прямо называет совместный приём антидепрессантов и классических психоделиков «в целом безопасным и переносимым, без повышения риска серотонинового синдрома, особенно для псилоцибина».

Психиатрические противопоказания: что за ними стоит

Исключение людей с психозом в личном или семейном анамнезе восходит к консенсусному документу о безопасности (J Psychopharmacol 2008. PMID 18593734^[39]) — это экспертное соглашение, а не количественная оценка риска. Количественные оценки появились позже. В обзоре 214 исследований (3504 участника, JAMA Psychiatry 2024. PMID 39230883^[19]) серьёзные нежелательные явления составили 0% у здоровых добровольцев и около 4% у участников с уже имеющимися нейропсихиатрическими расстройствами — ухудшение депрессии, суицидальное поведение, психоз, судороги. Психотические реакции в контролируемых условиях оцениваются менее чем в 1% (PMID 40614615^[40]).

Отдельная тема — биполярное расстройство. Систематизация 23 работ (Mol Psychiatry 2026. PMID 42215638^[41]) даёт разброс, показательный сам по себе: частота гипомании и мании 5,8% в контролируемых исследованиях псилоцибина при депрессии и до 30% в натуралистических выборках с биполярным расстройством. Открытое исследование при биполярном расстройстве II типа (JAMA Psychiatry 2024. PMID 38055270^[42], 15 получивших дозу) сигнала мании не выявило, но оно слишком мало, чтобы его исключить.

Антидепрессанты, литий и другие лекарства

Взаимодействия заслуживают отдельного разбора: это первое, о чём спрашивает пациент, уже принимающий препараты, и именно здесь популярные обзоры чаще всего ошибаются в обе стороны — пугают тем, что не подтверждено, и молчат о том, что подтверждено.

Отмена антидепрессантов — вероятно, скрытый конфаундер EPISODE

Начну с находки, которая прямо касается центрального исследования этой статьи. В EPISODE участники отменяли антидепрессанты перед включением. И есть работа, показывающая, чем это оборачивается: апостериорный анализ исследования «псилоцибин против эсциталопрама» (J Psychopharmacol 2024. PMID 38520045^[28]) обнаружил, что у пациентов, отменивших СИОЗС или СИОЗСН перед участием, эффект лечения оказался хуже по всем шкалам исходов, чем у тех, кто пришёл без терапии, — при том что острота самого психоделического переживания у них не отличалась. Авторы прямо призывают провести исследование, сравнивающее отмену с продолжением.

Насколько велик вклад самой отмены, показывает мета-анализ 79 исследований и 21 002 пациентов (Lancet Psychiatry 2024. PMID 38851198^[29]): хотя бы один симптом отмены возникает у 31% прекративших антидепрессант против 17% на плацебо — с поправкой на плацебо это примерно каждый шестой-седьмой; тяжёлые проявления 2,8% против 0,6%, и эсциталопрам входит в число препаратов с более частой отменой. Правда, другой мета-анализ 50 РКИ и 17 828 участников (JAMA Psychiatry 2025. PMID 40632531^[30]) оценивает выраженность скромнее — около одного дополнительного симптома на первой неделе, ниже порога клинической значимости, причём ухудшение настроения с отменой не связано. Две работы расходятся в оценке тяжести, и это стоит назвать прямо.

Практический смысл для чтения EPISODE: часть разницы между группами могла быть съедена состоянием отмены, одинаково задевшим обе группы. Это не спасает результат, но помогает понять, почему абсолютные цифры ответа — 17,0% и 10,6% — вышли настолько ниже, чем в ранних открытых работах.

Можно ли не отменять СИОЗС

Данные обнадёживают больше, чем принято думать. Перекрёстное РКИ на 23 здоровых (Clin Pharmacol Ther 2022. PMID 34743319^[31]) показало: двухнедельный курс эсциталопрама перед приёмом 25 мг псилоцибина не влиял на положительные эффекты, но достоверно снижал негативные — тревогу, тягостность переживания и сердечно-сосудистые реакции. Фармакокинетика псилоцина не менялась. То есть притупляется скорее неприятная сторона опыта, чем терапевтическая.

Открытое исследование второй фазы на 19 пациентах с резистентной депрессией, продолжавших принимать СИОЗС (Neuropsychopharmacology 2023. PMID 37443386^[32]), дало снижение MADRS на 14,9 балла (95% ДИ −20,7…−9,2) к третьей неделе, ответ и ремиссию у 8 из 19 (42,1%) и ни одного серьёзного нежелательного явления. Результат сопоставим с исследованиями, где терапию отменяли.

Против этого — данные о притуплении из наблюдений: опрос 611 человек, сочетавших психоделики с антидепрессантами (J Psychopharmacol 2023. PMID 37291890^[33]), даёт вероятность более слабого, чем ожидалось, эффекта 0,47 для СИОЗС и 0,55 для СИОЗСН против 0,29 для бупропиона. Причём притупление сохранялось и через 3–6 месяцев после отмены и не объяснялось длительным периодом полувыведения флуоксетина.

Итог формулируется честно: ни одно контролируемое исследование не рандомизировало продолжение против отмены СИОЗС перед псилоцибином. Всё, что есть, — наблюдения и апостериорные анализы.

Литий: единственное взаимодействие с по-настоящему тревожным сигналом

Здесь цифры такие, что пропустить их нельзя. Анализ сообщений о сочетании психоделиков с психотропными препаратами (Pharmacopsychiatry 2021. PMID 34348413^[34]) обнаружил: из 62 описаний приёма психоделика на фоне лития судороги упоминались в 47%, ещё в 18% — тяжёлые негативные переживания, а 39% потребовали медицинской помощи. Для сравнения: из 34 описаний с ламотриджином судорог не было ни одного.

Есть и описанный клинический случай: подросток с тремя генерализованными приступами в течение получаса после приёма ЛСД на фоне субтерапевтической дозы лития, без судорог в анамнезе, причём предыдущие эпизоды приёма на фоне флуоксетина и бупропиона проходили без последствий (S D Med 2024. PMID 38986146^[35]). Механистическая поддержка есть в эксперименте: у крыс, получавших литий, агонист 5-HT2A вызывал судороги в дозах, которые сами по себе судорог не дают (PMID 7583243^[36]).

Оговорка обязательна: весь сигнал построен на интернет-сообщениях и одном клиническом случае — без когорты, без знаменателя, с очевидным смещением отбора. Но при таком размере эффекта и такой цене ошибки это тот случай, когда ждать более качественных данных неразумно.

Серотониновый синдром: риск скорее теоретический

Вопреки распространённому опасению, документированных случаев серотонинового синдрома при сочетании псилоцибина с СИОЗС в контролируемых исследованиях нет ни одного. Обзор фармакологии (Psychopharmacology 2022. PMID 34251464^[37]) заключает: истинная серотониновая токсичность требует передозировки или сочетания с ингибитором МАО, а комбинация «не-МАО-психоделик плюс не-МАО-серотонинергический препарат» относится к низкому риску. Обзор 18 исследований (PMID 40937732^[38]) прямо называет совместный приём антидепрессантов и классических психоделиков «в целом безопасным и переносимым, без повышения риска серотонинового синдрома, особенно для псилоцибина».

Реальная зона риска — не СИОЗС, а вещества с ингибиторами МАО: аяуаска содержит β-карболины, и именно там сочетание с серотонинергическими препаратами опасно.

Психиатрические противопоказания: что за ними стоит

Исключение людей с психозом в личном или семейном анамнезе восходит к консенсусному документу о безопасности (J Psychopharmacol 2008. PMID 18593734^[39]) — это экспертное соглашение, а не количественная оценка риска. Количественные оценки появились позже. В обзоре 214 исследований (3504 участника, JAMA Psychiatry 2024. PMID 39230883^[19]) серьёзные нежелательные явления составили 0% у здоровых добровольцев и около 4% у участников с уже имеющимися нейропсихиатрическими расстройствами — ухудшение депрессии, суицидальное поведение, психоз, судороги. Психотические реакции в контролируемых условиях оцениваются менее чем в 1% (PMID 40614615^[40]).

Отдельная тема — биполярное расстройство. Систематизация 23 работ (Mol Psychiatry 2026. PMID 42215638^[41]) даёт разброс, показательный сам по себе: частота гипомании и мании 5,8% в контролируемых исследованиях псилоцибина при депрессии и до 30% в натуралистических выборках с биполярным расстройством. Открытое исследование при биполярном расстройстве II типа (JAMA Psychiatry 2024. PMID 38055270^[42], 15 получивших дозу) сигнала мании не выявило, но оно слишком мало, чтобы его исключить.

Два пробела стоит назвать прямо, чтобы отсутствие данных не приняли за отсутствие риска: контролируемого сравнения «продолжать против отменять СИОЗС» не проводилось, а сигнал по литию не имеет ни одного исследования с нормальным знаменателем.

🌀

🌀

Что НЕ доказано

▸Микродозинг как лечение. Обзор контролируемых исследований (Maastricht University, 2025) заключает: малые дозы дают тонкие изменения настроения и нейронной активности, но убедительного клинического преимущества перед плацебо не показано. ▸Болезнь Альцгеймера и нейродегенерация. Есть только доклинические данные о росте дендритов и снижении нейровоспаления. Клинических доказательств эффективности у пациентов нет. ▸Нервная анорексия. Единственная работа — открытое исследование I фазы у женщин, n=10 (Nat Med 2023;29:1947–1953. DOI 10.1038/s41591-023-02455-9). Это оценка переносимости, не эффективности. ▸ОКР. Пилотное исследование 2006 года (n=9, DOI 10.4088/JCP.v67n1110) и работа 2025 года с дозой 10 мг (Compr Psychiatry 2025. DOI 10.1016/j.comppsych.2025.152619), где снижение симптомов держалось около недели. Ранняя стадия. ▸Устойчивость эффекта у большинства. Данные COMPASS показывают постепенное угасание; части пациентов нужны повторные курсы. ▸Перенос результатов на ретриты и церемонии. Это, пожалуй, главное. В исследованиях есть отбор по противопоказаниям, известная доза синтетического вещества, подготовка, медицинское наблюдение во время сессии и психотерапевтическая интеграция после. Убрать любой из этих компонентов — значит изучать что-то другое. Данных о безопасности и эффективности вне такой структуры нет.

Правовой статус

Псилоцибин относится к контролируемым веществам в большинстве стран, и легальный доступ ограничен клиническими исследованиями. Существуют отдельные регуляторные исключения: в Австралии с июля 2023 года уполномоченные психиатры могут назначать псилоцибин при резистентной депрессии, в Орегоне и Колорадо действуют программы сопровождаемых сеансов. В Европейском союзе и Украине терапия доступна только в рамках исследовательских протоколов.

Эта статья — обзор научных данных, а не руководство к действию и не рекомендация по применению. Я не провожу псилоцибин-ассистированную терапию и не консультирую по вопросам доступа к контролируемым веществам.

Заключение

За двадцать лет исследования псилоцибина прошли путь от невозможности до публикаций в ведущих журналах — и это само по себе научное событие. Наиболее убедительные данные получены при никотиновой зависимости (40,5% против 10%) и при экзистенциальном дистрессе у онкологических пациентов, хотя Кокрейновский обзор оценивает определённость последних как низкую.

При депрессии картина сложнее, чем принято излагать. Два наиболее методологически строгих испытания — сравнение с эсциталопрамом (2021) и EPISODE (2026) — первичную конечную точку не достигли. Систематический обзор ослепления показал, что вся область страдает от «расслепления», превышающего 90%. Это не значит, что эффекта нет; это значит, что его истинный размер меньше заявленного и пока точно не установлен.

Практический вывод для пациента с длительной, не отвечающей на лечение депрессией: до поиска экспериментальных решений имеет смысл исключить причины с дешёвой и доказанной терапией — в первую очередь щитовидную железу, дефициты B12, железа и витамина D, нарушения углеводного обмена. Это менее увлекательно, чем нейробиология мистического опыта, но по соотношению польза–риск–доказательность выигрывает с большим отрывом.

Эта статья имеет информационный характер и не заменяет консультацию врача. Псилоцибин — контролируемое вещество; все приведённые результаты получены в условиях медицинского наблюдения и не применимы к самостоятельному употреблению. При депрессии обратитесь к врачу: существуют методы лечения с доказанной эффективностью и известным профилем безопасности.

Источники

▸Mertens LJ, et al. Efficacy and Safety of Psilocybin in Treatment-Resistant Major Depression: The EPISODE Randomized Clinical Trial. JAMA Psychiatry 2026;83(5):448–460. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2026.0132, PMID 41848690^[1] — уровень 1b (РКИ, тройное ослепление, активное плацебо, n=144); первичная точка не достигнута. ▸Blinding Integrity in Psychedelic Randomized Clinical Trials: A Systematic Review. JAMA Psychiatry 2026. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2026.0255, PMID 41984443^[5] — систематический обзор 112 РКИ. ▸Control Group Outcomes in Trials of Psilocybin, SSRIs, or Esketamine for Depression: A Meta-Analysis. JAMA Netw Open 2025;8:e2524119. DOI 10.1001/jamanetworkopen.2025.24119, PMID 40736734^[6]. ▸Carhart-Harris RL, et al. Psilocybin with psychological support for treatment-resistant depression. Lancet Psychiatry 2016;3:619–627. DOI 10.1016/S2215-0366(16)30065-7 — уровень 2b (открытое, n=12). ▸Davis AK, et al. Effects of Psilocybin-Assisted Therapy on Major Depressive Disorder. JAMA Psychiatry 2021;78:481–489. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2020.3285 — уровень 1b (n=27, контроль — лист ожидания). ▸Carhart-Harris R, et al. Trial of Psilocybin versus Escitalopram for Depression. N Engl J Med 2021;384:1402–1411. DOI 10.1056/NEJMoa2032994 — уровень 1b (n=59); первичная точка не значима. ▸Goodwin GM, et al. Single-Dose Psilocybin for a Treatment-Resistant Episode of Major Depression. N Engl J Med 2022;387:1637–1648. DOI 10.1056/NEJMoa2206443 — уровень 1b (n=233). ▸Raison CL, et al. Single-Dose Psilocybin Treatment for Major Depressive Disorder. JAMA 2023;330:843–853. DOI 10.1001/jama.2023.14530 — уровень 1b (n=104). ▸Gukasyan N, et al. Efficacy and safety of psilocybin-assisted treatment for major depressive disorder: prospective 12-month follow-up. J Psychopharmacol 2022;36:151–158. DOI 10.1177/02698811211073759 — уровень 2b (n=27). ▸Long-term observational follow-up after a single dose of psilocybin for treatment-resistant depression. J Clin Psychiatry 2025. DOI 10.4088/JCP.24m15449 — уровень 2b. ▸Psilocybin-assisted psychotherapy for treatment-resistant depression: randomized trial of repeated doses. Med 2024. DOI 10.1016/j.medj.2024.01.005, PMID 38359838^[43] — уровень 1b (n=56). ▸Johnson MW, et al. Pilot study of the 5-HT2AR agonist psilocybin in the treatment of tobacco addiction. J Psychopharmacol 2014;28:983–992. DOI 10.1177/0269881114548296 — уровень 2b (n=15). ▸Johnson MW, et al. Long-term follow-up of psilocybin-facilitated smoking cessation. Am J Drug Alcohol Abuse 2017;43:55–60. DOI 10.3109/00952990.2016.1170135 — уровень 2b (n=15). ▸Psilocybin or Nicotine Patch for Smoking Cessation: A Pilot Randomized Clinical Trial. JAMA Netw Open 2026. DOI 10.1001/jamanetworkopen.2026.0972 — уровень 1b (n=82); 40,5% против 10%. ▸Bogenschutz MP, et al. Percentage of Heavy Drinking Days Following Psilocybin-Assisted Psychotherapy vs Placebo in Alcohol Use Disorder. JAMA Psychiatry 2022;79:953–962. DOI 10.1001/jamapsychiatry.2022.2096 — уровень 1b (n=93). ▸Psilocybin-assisted therapy for relapse prevention in alcohol use disorder: a phase 2 randomized clinical trial. eClinicalMedicine 2025. DOI 10.1016/j.eclinm.2025.103149 — уровень 1b (n=37); различия не значимы. ▸Ross S, et al. Rapid and sustained symptom reduction following psilocybin treatment for anxiety and depression in patients with life-threatening cancer. J Psychopharmacol 2016;30:1165–1180. DOI 10.1177/0269881116675512 — уровень 1b (n=29). ▸Griffiths RR, et al. Psilocybin produces substantial and sustained decreases in depression and anxiety in patients with life-threatening cancer. J Psychopharmacol 2016;30:1181–1197. DOI 10.1177/0269881116675513 — уровень 1b (n=51). ▸Agin-Liebes GI, et al. Long-term follow-up of psilocybin-assisted psychotherapy for psychiatric and existential distress in patients with life-threatening cancer. J Psychopharmacol 2020;34:155–166. DOI 10.1177/0269881119897615 — уровень 2b (n=16). ▸Psilocybin-assisted group therapy in patients with cancer diagnosed with a major depressive disorder. Cancer 2024;130:1101–1112. DOI 10.1002/cncr.35010, PMID 38105655^[7] — уровень 2b (n=30). ▸Psychedelic-assisted therapy for treating anxiety, depression, and existential distress in people with life-threatening diseases. Cochrane Database Syst Rev 2024. DOI 10.1002/14651858.CD015383.pub2, PMID 39260823^[8] — определённость доказательств низкая. ▸Carhart-Harris RL, et al. Neural correlates of the psychedelic state as determined by fMRI studies with psilocybin. PNAS 2012;109:2138–2143. DOI 10.1073/pnas.1119598109. ▸Carhart-Harris RL, et al. The entropic brain. Front Hum Neurosci 2014;8:20. DOI 10.3389/fnhum.2014.00020. ▸Siegel JS, et al. Psilocybin desynchronizes the human brain. Nature 2024;632:131–138. DOI 10.1038/s41586-024-07624-5. ▸Psychedelics, Mystical Experience, and Therapeutic Efficacy: A Systematic Review. Front Psychiatry 2022;13:917199. DOI 10.3389/fpsyt.2022.917199. ▸Safety and risk assessment of psychedelic psychotherapy: a meta-analysis and systematic review. Psychiatry Res 2024;335:115880. DOI 10.1016/j.psychres.2024.115880, PMID 38579460^[27]. ▸Rouaud A, et al. Microdosing psychedelics and the risk of cardiac fibrosis and valvulopathy. J Psychopharmacol 2024;38:217–224. DOI 10.1177/02698811231225609, PMID 38214279^[26]. ▸Peck SK, et al. Psilocybin therapy for females with anorexia nervosa: a phase 1, open-label feasibility study. Nat Med 2023;29:1947–1953. DOI 10.1038/s41591-023-02455-9 — уровень 2b (n=10). ▸Moreno FA, et al. Safety, tolerability, and efficacy of psilocybin in 9 patients with obsessive-compulsive disorder. J Clin Psychiatry 2006;67:1735–1740. DOI 10.4088/JCP.v67n1110 — уровень 4 (n=9).

Связанная статья: гипотиреоз, Хашимото и связь с депрессией и тревогой — что проверяют первым при затяжном снижении настроения.